Будь в курсе!

Утяжелитель_Северский район_Краснодарский край.jpg
Сухие смеси_клеи_Северский район_Краснодарский край.jpg

Дело Бухгалтерские услуги Северский район.jpg

Автосервис_Автомагазин_Северский район

Дизельное топливо_Северский район_Краснодарский край.jpg

Автосервис_Автомагазирн_Северский район.jpg

Автошкола ВОА

Спецодежда_головные уборы_Северский район_Краснодарский край.jpg

Родное луговое.jpg

Медцентр Здоровье

Стоматологическая клиника Город улыбок

Островок Казахстана_продукты Казахстана

Кубанской мясо

Магазин Мясоед.jpg

Бетон_Северский район_Краснодарский край.jpg

Сплит-системы_Северский район_Краснодарский край.jpg

Экскаватор-погрузчик_Северский район.jpg
 

 

 

 

 

 

 

Станица Сѣверская

Екатеринодарского Отдѣла Кубанской области

 

1864 – 1914 г.г.

(Кѣ пятидесятилѣтнему юбилею станицы)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ЕКАТЕРИНОДАРЪ

1914

 

 

 

 

 

 

 

12-го мая 1828 года часть Задунайскихъ запорожцевъ подъ предводительствомъ своего кошевого Iосифа Гладкаго ушла изъ подъ власти турецкаго султана и явилась съ повинной къ Государю Императору Николаю I, котрый самъ лично хотѣлъ присутствовать при переправѣ русскихъ войскъ черезъ Дунай. Болѣе 50 лѣтъ прожили буйные запорожцы у турокъ. Давно помышляли они уйти отъ нихъ и соединиться съ братьями запорожцами, поселенными на Кубани еще въ 1792 г., на обширныхъ прикубанскихъ степях. Мысль уйти отъ ненавистных басурманъ, бывшихъ заклятыхъ врагов Запорожья, долго бродила и зрѣла среди казаковъ. Нуженъ былъ только вождь, нуженъ былъ удобный моментъ, чтобы привести эту мысль въ исполненiе. Такимъ моментомъ была война Россiи съ Турцiей въ 1828 году, а вождемъ былъ кошевой I. Гладкiй. Запорожцы явились во время. Своим знанiѣм мѣста они помогли русскимъ войскамъ перейти Дунай тамъ, гдѣ турки ихъ не ожидали. Государь Николай I простилъ запорожцевъ за ихъ давнюю измѣну и на ихъ просьбу, поселить ихъ на Кубани, по разсказамъ стариковъ, отвѣтилъ: «Хорошо, я поселю васъ на Кубани, только не  теперь, а послѣ. Если же я почему либо не сдѣлаю этого, то мой сынъ, наслѣдникъ, свято исполнитъ мое обѣщанiе». 28 мая того же года, эти запорожцы получили наименованiе Азовского казачьего войска. По окончанiи войны съ турками, они были поселены въ Екатеринославской губернiи, между городами Бердянскомъ и Марiуполемъ. Изъ нихъ образовалось двѣ станицы Покровская, на р. Соленой и Никольская, на р. Кальчикъ. Впослдствiи въ Азовское казачье войско причисляли и крестьянъ Екатеринославской губернiи, такъ что войско состояло изъ пяти стагацъ. Мѣсто своего поселенiя Азовцы называли временными, до поселеiя на Кубани, квартирами. Они, какъ говорятъ старики, хорошо помнили обѣщанiе Императора Николая I.  

Поселенiя ихъ дѣйствительно были похожи на временныя. Жили, большею частью, въ полуземлянкахъ, окна которыхъ помѣщались въ уровень съ землею. «Стане курка надъ вiкномъ, або собака ляже и притулыться до вiкна и в хатi темно» - разсказываютъ старики. Зимой, когда станицы заносило снѣгомъ, сбившiеся съ дороги путники въѣезжали на крыши хатъ и цѣплялись за трубы. Верховыхъ хатъ было очень мало. Подъ усадьбой земли имѣли около десятины. Земельное довольствiе было достаточное: на душу приходилось по 12 десятинъ, кромѣ сѣнокосной, а в началѣ поселенiя даже не было опредѣлено – кто сколько могъ обработать, столько и имѣлъ. Урожаи хлѣбовъ были хорошiе, но часто «овражокъ» (сусликъ) уничтожалъ ихъ. Пахали землю деревянными плугами, которые были настолько тяжелы, что необходимо было впрягать 3-4 пары воловъ. Молодьба хлѣба производилась катками. Амбарами служили «горловi» ямы. Вырывалось круглое или четырехугольное отверстiе глубинно 1 ½ - 2 аршина, и, по мѣрѣ углубленiя въ землю, подрывалось съ боковъ. Получалась довольно вмѣстительная яма, похожая на кувшинъ, ее набивали соломой и обжигали. Обмазавъ внутри глиной, въ нее ссыпали хлѣб. Скота разводилось много, преимущественно рогатый. Корму для него было достаточно.

Во главѣ станицы стояли назначенные станичные смотрители.

Съ 1837 года изъ казаковъ Азовского войска была сформирована баркасная флотилiя для охраны восточныхъ береговъ Чернаго моря. На всемъ протяженiи отъ Анапы до Батума было устроено 22 казачьихъ поста подъ начальствомъ офицера. Обязанность ихъ была не пропускать изъ Турцiи на Кавказъ горцамъ военные припасы. Много казачьихъ и турецкихъ кочермъ в горячихъ стычкахъ пошло на дно моря. Служба была тяжелая. Казакъ, прослужившiй 3 года, возвращался домой, а через 3 года шелъ на службу. Нѣкотрые прослужили на Черномъ морѣ по 9 и 12 лѣтъ.

Съ приближенiем къ концу Кавказской войны съ горцами, являлась мысль объ укрѣпленiи новыхъ завоеванныхъ мѣстъ. Казаки всегда были впереди, всегда занимали и охраняли окраины обширнаго Русскаго государства. И теперь для укрѣпленiя линiи стали селить Азовцевъ. Съ начала 60-хъ годовъ стали ходить среди Азовских казаковъ слухи о переселенiи. Много говорили несообразнаго, сочиняли небылицы о местахъ поселенiя, объ опасностяхъ, которыя ждутъ поселенцевъ. Особенно страшно рисовались горцы «азiяты». Войско Азовское посылало изъ своей среды депутатовъ осматривать мѣста. Охотниковъ переселяться находилось немного. Никому не хотѣлось бросать, хотя маленькое, нажитое хозяйство и идти въ незнакомый край, гдѣ еще недавно гремѣли выстрѣлы и лилась кровь. Забыли, очевидно, Азовцы просьбу предковъ, Задунайцевъ-Азовцевъ, поселить ихъ на Кубани, или они рассчитывали, что ихъ поселять тамъ же, гдѣ и Черноморцевъ. Правительство обѣщало льготы переселенцамъ. Въ ВЫСОЧАЙШЕМЪ рескриптѣ отъ 24 iюня 1861 года говорится: «… въ знакъ особенного моего расположенiя къ Кубанскому казачьему войску, Я дарую ему еще слѣдующiя исключительныя преимущества: тѣ офицерскiя и казачьи семейства, которыя добровольно вызвавшись на переселенiе въ предгорныя пространства Западнаго Кавказа, составять первыхъ основателей этого новаго и важнаго русскаго поселенiя, будуть надѣлены участками земли въ частную собственность, вѣчную и потомственную, въ такомъ размѣрѣ, въ какомъ окажется по мѣстности возможнымъ». – Эта милость Императора распространилась и на охотниковъ – поселенцевъ изъ Азовскаго войска. На первоначальное обзаведенiе на новомъ мѣстѣ казачьему семейству отъ казны давалось 107 р. 14 ½ к., на оружiе 15 р., отъ войска Азовскаго 25 р., семействамъ отправляемымъ по жребiю 50 р. изъ станичныхъ суммъ, а охотникамъ по 60 рублей. Если ко времени переселенiя усадьба не будетъ продана владѣльцемъ, то по оцѣнкѣ и деньги за усадьбу. Кроме того переселенцамъ предоставлялась: 1) 3-хлѣтняя льгота отъ службы, кромѣ того внутренней службы и по защитѣ станицы.

2) Выдача провiанта изъ казны въ теченiи трехъ лѣтъ всѣмъ, не исключая женъ и дѣтей, послѣднимъ до 7 лѣтъ половинная дача.

3) Порцiонные деньги служащимъ и не служащимъ казакамъ за исключенiемъ малолѣтковъ по 3 р. 11 к. въ треть года.

4) Безплатный отводъ квартиръ, выпасовъ для скота, и нарядъ подводъ подъ больныхъ во время переселенiя.

5) Безплатное леченiе въ попутныхъ больницахъ и госпиталяхъ.

6) Право безплатнаго перевоза черезъ рѣки (См. Полож. о Засел. предгорiй зап. части Кавк. хребта отъ 10-го мая 1862 г.)

В каждом переселяющемся семествѣ непремѣнно долженъ быть одинъ способный къ службѣ казакъ. Для полученiя всѣхъ указанныхъ выше денегъ, нѣкоторыя семейства, имѣющiя въ составѣ нѣсколькихъ служащихъ казаковъ, подѣлились для переселенiя на нѣсколько отдѣльныхъ семей. Были случаи, что одна семья дѣлилась на четыре – пять отдѣльныхъ. Кроме этого многихъ соблазняла потомственная земля, которой обѣщалось Азовцамъ по 10 десятинъ, а паевой - по 30 дес.

Переселенiе Азовцев началось съ 1862 г., а послѣдняя партiя изъ ст. Никольской, для заселенiя ст. Сѣверской была выселена въ 1864 году, т.е. пятьдесятъ лѣт назадъ.

Передъ выходомъ этой партiи казаки подѣлили съ оставшимися на мѣсте церковную утварь, взяли съ собой иконостасъ, писанный на холстѣ, иконы, богослужебные книги: подѣлили хлѣбъ изъ общественнаго магазина и т.д. Вмѣстѣ съ этой партiей выразилъ желанiе идти и священникъ о. I. Дементьевъ.

Начальникомъ партiи поселенцевъ былъ назначенъ урядникъ Григорiй Михайловичъ Воликъ. Раньше онъ былъ лѣтъ 10 писаремъ въ Никольской, а послѣднiе 2 года былъ станичнымъ смотрителемъ. Обыкновенно, въ партiонные начальники назначали офицеровъ. Здѣсь же выборъ палъ на урядника. Очевидно, онъ былъ хорошо извѣстенъ въ штабѣ войска, что ему довѣрили такое отвѣтственное дѣло. Воликъ съ честью выполнилъ возложенное на него порученiе. Не даромъ старики-сѣверцы смѣются над стариками станицы Азовской: «Насъ урядникъ велъ, а васъ офицеръ, а шелъ въ хвости, сзаду. Отъ яки наши урядныки.» На дорогѣ уже состоялось производство Волика в хрунжiе.

Отпразновавъ Пасху и «провода», казаки 29 апрѣля въ среду 1864 года выступили въ далекiй путь.

Странную и интересную картину представляла партiя переселенцевъ въ дорогѣ и на привалѣ.

Громадныя, неуклюжiя гарбы были запряжены волами. На гарбах была навалена всякая домашняя утварь: кровати, столы, лавки, подушки, одежа, кадушки, каменные катки, деревянные плиги, бороны, чувалы съ зерномъ и пр. Сбоку висѣла необходимая въ пути громадная мазныця съ такимъ же громаднымъ квачемъ. Къ гарбамъ были привязаны коровы, телята, лошади. Подъ гарбами полны сапетки домашней птицы. Нѣкоторые любители везли даже голубей. Однимъ словомъ все, что было у казаковъ, все что можно было положить на гарбу – все они взяли съ собой. Скотъ: быковъ, коровъ, овецъ, лошадей, гнали маленькими гуртами съ собой. Партiя затягивалась, на нѣсколько верстъ въ длину, такъ какъ однихъ гарбъ въ ней было около 500. Надъ партiей все время стоялъ шумъ, гамъ, крикъ детей, скрипѣнiе колесъ, ревъ животныхъ и голосистые крики «пiвней». Похоже было на то, что станица снялась съ мѣста и начала двигаться, только вмѣсто хатъ были гарбы. Жизнь въ семьяхъ шла своимъ чередомъ. Рождались дорогою, крестили ихъ въ попутныхъ селенiяхъ, были и умершiя. Больныхъ не оставляли въ больницах, а везли съ собой. Не было только браков дорогою.

Шли не торопились, сколько пройдутъ. Понравилось мѣстечко, стянутся въ кучу, остановятся и привалъ, дневка. Выбирали для этого, обыкновенно, мѣсто хорошее для выпаса скота. Не разъ были и столкновенiя изъ за пастбищъ съ владѣльцами земли, но казаки, на правахъ переселенцевъ, преспокойно выбирали лучшiя пастбища и не слушали владѣльцевъ. Пригрозить или устранить внушительную партiю изъ 600 съ лишнимъ человекъ было невозможно. Впереди партiи, по распоряжению партiйнаго начальства, ѣхалъ ур. О. Спиваченко и предупреждалъ въ попутныхъ селенiяхъ о прибытiи переселенцев, готовилъ выпасъ, выгонялъ обывательскихъ для переселенцевъ, у которыхъ не было своего тягла, или для тѣхъ, кто не хотѣлъ излишне морить свою скотинку. Провiанта дорогою не получали. Еще въ Никольской готовили сухарей и муки.

Погода все время была благопрiятная, почему и подвигались довольно быстро. По отзывамъ стариковъ, переселениiе шло легко, нужды особенной ни въ чемъ не было. Трудно и тяжело пришлось только тѣмъ семьямъ, отцы которыхъ были въ это время на службѣ, на Черномъ морѣ. Такихъ было около 12. Недѣли черезъ двѣ по населенiи станицы, они были отпущены домой.

Маршрутъ былъ опредѣленъ зараннѣе, задержки при переправахъ чер. Рѣки не было, почему переселенцы скоро уже достигли предѣловъ Кубанской области. Возлѣ ст. Шкуринской они переправились черезъ рѣку Ею и первый разъ ступили на землю Кубанского казачьего войска. Здѣсь ихъ встретилъ посланный изъ штаба войска сотникъ Шрамъ, назначенный сопровождать партiю до мѣста поселенiя. Въ Екатеринодаръ, на мѣсте нынѣшней Дубинки, поселенцы расположились на дневку. Здѣсь ихъ посѣтил начальникъ штаба г. Пиленко. На вопросъ переселенцевъ – почему ихъ не поселяютъ по рѣкѣ Бѣлой, гдѣ депутаты отъ Азовскаго войска облюбовали мѣсто, Пиленко ответилъ: «Есть старшiе насъ, они знаютъ, кого, куда поселить. На Бѣлую нашлись другiе».

Черезъ Кубань переправились по Энемскому байдачному мосту и за два дня пришли на мѣсто, назначенное для заселенiя. За нѣсколько верстъ впередъ были высланы казаки выбрать мѣсто для остановки. Такимъ мѣстом оказалась площадка, по правую сторону рѣки Убинъ-Су. Теперь оно находится между плановыми мѣстами казаковъ Дмитрiя Ситника и Захарiя Панченко. Остановились поселенцы, это было подъ праздникъ Вознесенiя Господня 27 мая, въ дорогѣ значитъ они пробыли 29 дней и началась для нихъ совершенно новая, полная горя и лишенiй, трудная жизнь. На другой день прiѣхалъ командиръ Абинского полка полковникъ Есаковъ, съ сотникомъ А.М. Муравьевымъ, для раздачи плановыхъ мѣст. Они были раньше отмежеваны землемѣромъ Сило Манинымъ дальше, на сѣверо-западъ от того мѣста, гдѣ остановились поселенцы таборомъ. Надѣлали жеребьевъ и 5-ти лѣтнiй мальчикъ сталъ вынимать жеребки и раздавать казакамъ. Всѣ длановыя мѣста размѣромъ были одиноковы 16 саж. Х на 18 саж. Съ разрѣшенiя полк. Есакова желающiя могли мѣняться другъ съ другом своими планами. Родственнымъ семьямъ хотѣлось жить по сосѣдству. Плановыя мѣста были получены, станица получила свое основанiе. Это было 28 мая 1864 года.

Въ 1863 году, недалеко отъ нынѣшняго зданiя станичного правленiя, по правую сторону рѣки, была жаркая стычка съ черкесами у отряда Сѣверскаго драгунскаго полка. Въ этой стычкѣ драгуны очень много потеряли убитыми и ранеными. По желанiю Е. И. В. Великаго Князя Михаила Николаевича, станица была названа, въ честь Сѣверскаго драгунскаго полка, Сѣверской.

Прибывъ изъ раздольныхъ степей, бывшаго Азовскаго войска, сѣверцы нашли пустынное мѣсто, сплошь окруженное лѣсомъ, за которымъ на югѣ, в дымкѣ, синѣла гора Себергъ-опѣ. Нѣтъ прежняго простора, широты, необозримости степей, какъ на прежнемъ жительствѣ. Кругомъ загадочно шумѣлъ лѣсъ, а въ немъ еще недавно таился коварный азiатъ, подстерегая съ кинжаломъ и пулей ненавистнаго русскаго, отнявшаго у него землю его отцовъ. Сѣверская основана 28 мая, а 21 мая былъ окончательно покоренъ Кавказъ. Не пришлось сѣверцамъ испытать того, что испытали первые переселенцы изъ Азовскаго войска, ушедшiе за Кубань въ 1862 году. Но и безъ того ходили различные разсказы о суровости мѣста, опасностяхъ, ожидающихъ поселенцевъ, смущавшiе сѣверцев. Разсказываютъ, что одинъ старикъ – черкесъ предостерегалъ сѣверцевъ не селиться близко къ рѣчке. «Видишь рѣчка, трава видишь? Это была нашъ табунъ, много табунъ. Вода пошелъ и взялъ наша табунъ. Вода ушелъ, а табун на осика лежалъ», заключилъ свою рѣчь черкесъ. Это значило, что табунъ былъ захваченъ внезапнымъ разливомъ рѣки, его понесло по теченiю и нѣкоторыя, можетъ быть очень многbя, лошади зацѣпились за деревья, а когда вода спала, то лошади оказались висящими на деревьяхъ. Навѣрное, было очень сильное наводненiе.

Получив планы, сѣверцы изъ кочевниковъ превратились въ плотниковъ. Застучали топоры, завизжали пилы и изъ чащи лѣса стали, мало-по-малу, выростать казачьи хаты. До этого жили въ наскоро вырытыхъ землянкахъ, сдѣланныхъ изъ жердей шалашахъ, покрытыхъ скошенной на своемъ же плану, травой. Строить саманныхъ, турлучныхъ хатъ полковое начальство не позволяло. Необходимо было строить рубленныя, назовыя. Для удобства охраны и защиты станицы от возможныхъ нападенiй, ее селили очень тѣсно, плановыя мѣста были очень маленькiя. Предполагая, что съ теченiемъ времени, когда станица начнет расширяться, можно будетъ рубленныя постройки переносить на другое мѣсто, чего нельзя сдѣлать съ турлучной и саманной, начальство и запрещало строить послѣднiя.. Хотя в случаяхъ разрѣшали строить и саманныя. Вообще, за постройкой станицы, наблюдали очень внимательно. Въ первый годъ командиръ Абинского полка каждую почти недѣлю 2 – 3 раза прiѣзжалъ осматривать постройки и понуждать отстающихъ строиться. Особенно слѣдили за тѣмъ, чтобы всѣ получившiя по 107 р. на постройку  непремѣнно истратили ихъ на это. Хотя сѣверцы были окружены лѣсом, но лѣсъ этотъ не годился на постройку. Приходилось ѣздить за нимъ въ ст. Азовскую и рубить тамъ. Азовцы стали запрещать. Дѣло дошло до командира полка, который сказалъ Азовцамъ, пока хаты не будутъ построены, пока юртъ станицъ не отмежеванъ, сѣверцы имѣют право рубить лѣсъ, гдѣ хотятъ, хотя бы, даже, на порогѣ хаты казака ст. Азовской, лишь бы тамъ былъ лѣсъ. Строили хаты казаки сами отставные и сжащiя солдаты, которыхъ въ виду спѣшности и необходимости отпускали. Цѣна за каждую постройку хатъ, за одну работу только, по темъ временамъ была очень большая. Къ зиме у большинства казаковъ хаты были готовы. Кто же не успѣлъ: тотъ временно помѣщался у сосѣда. И теперь еще сохранились хаты построенныя 50 лѣтъ назадъ, напримѣръ, у вдовы Лишутиной хата Ивана Коваля и другихъ.

Такъ какъ Сѣверцы пришли въ маѣ мѣсяцѣ, то они не могли произвести посѣва яровыхъ хлебовъ. Съ надлежащаго разрѣшенiя ими былъ скошенъ по Широкой балкѣ черкесскiй хлебъ, котораго они набрали, согласно отчету за 1864 г. – 140 чт. озимого и 15 чт. ярового. Вышло: не пахали не сѣяли, а в житницу собрали. Осенью казаки произвели свои посѣвы, хотя очень немного. Прежде всего потому, что нужды особенной въ томъ не было, такъ какъ они получали отъ казны провiантъ, вполнѣ достаточный для прокормленiя, а кромѣ того, некогда было, за устройствомъ домашности на новомъ мѣстѣ. Провiантъ получали изъ ст. Хабльской (Холмской) и изъ укрѣпленiя Григорьевскаго. Задержки въ полученiи провiанта никогда не было, если не считать время и случаевъ, черезъ разливъ рѣкъ нельзя было его доставить.

Первые годы поселенцы сильно страдали отъ всевозможныхъ болѣзней. Причина этого заключалась въ непривычкѣ къ новому климату, недостаткѣ хорошей воды: на всю станицу было 2-3 колоца, и довольно тяжелыхъ условiй жизни. Особенно сильно изнуряли Сѣверцевъ злокачественныя лихорадки, переходившiя въ тифозныя съ горячкой и часто оканчивавшiяся смертью. Сильная смертность была въ особенности среди дѣтей. Вымирали даже цѣлыя семьи. Гапр. Вымерла вся семья каз. Анд. Мирошниченко изъ 5 душъ. Поэтому и приростъ населенiя въ первые годы былъ незначительный, несмотря на то, что ежегодно почти принимали въ число жителей станицы иногороднихъ и выходцевъ изъ другихъ станицъ.

Певоначально станица была совсѣмъ не похожа на нынѣшнюю. Плановыхъ мѣст было роздано только около 180. Кончались они на сѣвере – у мѣста, гдѣ теперь лавка Г. Демиденко, на югѣ – у нынѣшняго плана Вас. Ситника, на Западѣ, крайнiе угловые планы, были на мѣстѣ теперешнихъ усадебъ Кас. Полѣшко и Алекс. Колесниченко, на востокѣ граница шла по нынѣшней Романовской улицѣ. Если обратить вниманiе на старую станицу, то бросается въ глаза сильная скученность построекъ, тѣснота ихъ, это потому, что плановыя мѣста были очень маленькiя. Тамъ нетъ такихъ обширныхъ дворовъ, какъ въ «новой» станицѣ, на «пiдселкѣ», где сплошь и рядомъ встречаются усадьбы размѣромъ до десятины и болѣе. Мѣсто базара было сплошь покрыто густой, непролазной травой и лозой. Спустившись на востокъ съ церковной площади, прямо попадали въ лѣсъ. На местѣ занимаемомъ теперь 2-хъ классн. училищемъ, зрѣла и наливалась крупнымъ зерномъ высокая рожь, какой теперь и не найти в станицѣ. Отсюда уже начиналось поле. В лѣсах окружающихъ станицу въ большомъ количествѣ водились козы, рыси, волки, фазаны и даже дикiе кабаны, котрые иногда портили казачьи посѣвы. Отъ всѣхъ этихъ животныхъ теперь осталось одно воспоминанiе. А въ то время были случаи, что волки уносили дѣтей. Старики помнятъ, какъ на мѣстѣ занимаемомъ усадьбой Я. Д. Мельника, волки пытались унести ребенка, котораго удалось отбить, сбѣжавшимся на крикъ казаками. Волки часто нападали на домашнiй скотъ и причиняли жителямъ убытки, приходилось устраивать цѣлые облавы для уничтоженiя хищниковъ.

Теперь же въ Сѣверскомъ юртѣ господствуетъ трусливый заяцъ, причиняя порой громадный вредъ садовладѣльцамъ, да иногда изъ горныхъ лѣсовъ забѣжитъ, гонимый голодомъ, сѣрый волкъ. Любителямъ охотникамъ, чтобы достать волка, оленя или кабана, нужно забраться за нѣсколько верстъ отъ станицы въ глубь горъ.

Вообще, первые годы поселенiя были очень трудны для сѣверцевъ. Жизнь свою, хозяйство, разоренное почти переселенiемъ, приходилось строить снова. Каждый хозяинъ былъ похожъ на растенiе, вдругъ, въ самомъ цвѣтѣ, съ корнемъ вырванное изъ родной земли, и перенесенное въ чужую, непривычную, съ худшими условiями, съ другимъ климатомъ. Непремѣнно оно захирѣть, остановиться въ ростѣ. Старики въ одинъ голосъ говорятъ, что если бы казна не кормила бы сѣверцевъ три года и не давала бы этихъ хотя маленькихъ порцiонныхъ денегъ, то «або поопухалы бы зъ голоду, або разбiглысь».

Особенно плохи были пути сообщенiя.

Лавокъ въ станице не было. За всякой мелочью по хозяйству, что бы купить напр. Соли, продать что нибудь приходилось ѣхать въ городъ. Дороги шли лѣсомъ, по ужаснымъ выбоинамъ, ухабамъ. Подъѣзжали къ Кубани и ждали переправы по недѣле и больше. На переправѣ скоплялось много народу изъ другихъ станицъ, устанавливалась очередь. «При менi на переправi двое родылось, а одынъ вмеръ» - разсказывалъ старикъ. Перевозчики чуть ли не драли шкуру за перевозъ хотя плата была установлена всего 10 коп. Иногда переправлялись такъ: казакъ ѣдетъ на каюкъ, а лошадь вслѣдъ плывет черезъ Кубань. Всякая поѣздка въ городъ продолжалась не меньше двухъ недѣль. Полученный урожай негдѣ было сбыть. Сѣверцы часто возили продавать хлѣбъ въ г. Новороссiйскъ. Это почти за 100 верстъ! Нужда въ деньгахъ была огромная, а ихъ не было и не за что было получить. Купить же все было дорого; сахаръ, напр. Доходилъ до 40 коп. фунтъ, пудъ соли – до 2 р. и не всегда можно было имѣть. Хлѣбъ же свой сѣверскiй продавали иногда по 30 коп. за пудъ.

А тут еще жителей изнуряли всевозможныя болѣзни. Не было почти отдыху отъ службы, всегда казаки были въ разгонѣ. Подолгу сидѣли сѣверцы безъ хлѣба, такъ какъ негдѣ было смолоть муки.

Съ увеличенiемъ населенiя служба становилась легче. Съ теченiемъ времени и пути сообщенiя улучшились. Уже легче было сбыть, продать лишнее въ хозяйствѣ. Въ станицѣ появились лавки, нечего уже было ѣхать за каждой мелочью въ городъ. Появились со временемъ и мельницы.

Наконецъ, въ 1887 году мимо Сѣверской, черезъ ея юртъ, промчался первый поѣздъ Новороссiйской вѣтви Владикавказской желѣзной дороги. Съ этихъ поръ станица были крѣпко связана съ городомъ, онъ приблизился к станицѣ; былъ уже недалекъ всего на одинъ часъ ѣзды. Но сѣверцы оказались очень недальновидными. Они не захотѣли, чтобы у нихъ была станцiя. Противъ станицы былъ выстроенъ только разъѣздъ. Дорога прошла прямо. Потянулись по ней вагоны, отвозя хлѣбъ, лѣсъ и привозя въ сосѣднiя станицы мануфактуру, бакалею – но все мимо станицы Сѣверской. На разъѣздѣ нельзя было сѣсть въ поѣздъ, чтобы поѣхать куда либо, нельзя ничего сдать, отправить. Хлѣбъ, лѣсъ и другiя товары приходилось везти или на станцiю Афипскую, или на Ильскую, а это было очень неудобно. Пожалѣли Сѣверцы о прежней ошибкѣ и начали хлопотать объ открытiи при станицѣ. Хлопоты тянулись три года. Сѣверцы обязаны были уплатить управленiю дороги 3000 р. и отвести безплатно 5 дес. земли подъ станцiю. Уплочено было только 1000 руб., ихъ собрали среди торговцевъ, а 5 дес. земли войсковое начальство не разрѣшило дать. Сначала ихъ просили, а потомъ пришлось имъ просить.

Въ 1892 году была открыта станцiя Сѣверская для пассажирскаго и грузового движенiя. Это сразу подняло станицу. Сообщенiе, особенно съ городомъ, было скорое, удобное и дешевое. Торговля стала быстро развиваться. Подешевѣли предметы первой необходимости. Въ станицу проникли дешевые фабричные товары. Хлѣбъ стал дороже и его легче было продать. Лѣсъ, который раньше, не имѣлъ почти никакой цѣны, сталъ большимъ подспорьемъ въ хозяйствѣ казака, такъ какъ цѣна на него была, въ сравненiи съ прежней, высокая, а сбыть его было можно сколько угодно, легко и быстро. Не приходилось, какъ прежде, везти фуру въ городъ за тридцать верстъ и провать ее за бесцѣнокъ.

Можно смѣло сказать, что желѣзная дорога создала станицу такой, какая она есть теперь. Не будь желѣзной дороги, станица попрежнему была бы захолустной. Закубанской станичкой, до которой, какъ говорится «скачи, въ три года не доскачешь» на подобiе Азовской, или Батайской.

Проведенiе желѣзной дороги подняло развитiе земледѣлiя, табаководства, поднявъ арендныя цѣны на землю. Юритъ сталъ быстро очищаться отъ безполезной хмеречи и обагащаться плодородной, распашной землей.

Оно же привлекло въ станицу много иногороднихъ: ремесленниковъ, торговцевъ, увеличило такимъ образомъ населенiе, а слѣдовательно и благосостоянiе станицы.

За все время станицу посѣщали и несчастья, о которыхъ до сихъ поръ сохранилась память и воспоминанiя о нихъ перейдутъ въ потомство. Не разъ бывали наводненiя. Отъ обилiя выпадающихъ въ горахъ дождей рѣка Убинъ-Су, въ общемъ маловодная, лѣтомъ иногда пересыхающая, вдругъ наполнялась водой, выходила изъ береговъ и причиняла не малые убытки жителямъ, живущимъ недалеко отъ воды. Погибалъ скотъ, разрушало постройки, уносило хлѣбъ, сѣно. Исполнялись, хотя отчасти, предупрежденiя черкеса. Изъ наводненiй особенно памятно происшедшее въ 1910 году.

Въ 1892 году 30 ноября, отъ неосторожнаго обращенiя съ огнемъ, въ домъ псаломщика Д. Лысенко случился пожаръ. Погода была сухая. Дулъ очень сильный вѣтеръ. Огонь перебросило на сосѣднiя постройки и скоро мѣсто пожара представляло цѣлое море огня. Постройки въ этомъ мѣстѣ сильно скучены (старая станица) и скоро на громадномъ пространствѣ были охвачены огнемъ. Выгорѣло около 40 дворовъ. Въ огнѣ погибло много имущества, хлѣба, домашняго скота. Скотъ загорался и отъ сильнаго жара, на глазахъ жителей, лопался. Спасти его не было возможности. Съ людьми несчастiй не было. Погорѣвшiе были окончательно разорены. Но благодаря денежной помощи отъ станичнаго общества и разрѣшенiя имъ рубить лѣсъ на постройки изъ Заказника, мѣсто вновь было застроено.

Въ томъ же 1892 году Кубанскую область постигло страшное несчастiе. Появилась холера и безвременно унесла въ могилу тысячи жертвъ. Въ окружающихъ Сѣверскую станицахъ: Смоленской, Афипской, Ильской смертность отъ нея была очень большая. Сѣверская, по распоряженiю ст. Атамана А.Г.Карпенко, была окружена со всѣхъ сторонъ цѣпью казаковъ, не пропускавшихъ въ станицу никого изъ постороннихъ – и это, очевидно, спасло ее, такъ какъ въ станицѣ не было ни одного холерного случая. Сѣверская счастливо избѣгла опасности.

 

Разсмотримъ теперь хотя вкратцѣ отдѣльныя стороны жизни ст. Сѣверской за 50 лѣтъ ея существованiя.

 

НАСЕЛЕНIЕ

УПРАВЛЕНИЕ

ВОЕННАЯ  СЛУЖБА

ЗЕМЕЛЬНОЕ  ДОВОЛЬСТВIЕ

ЦЕРКОВНАЯ  ЖИЗНЬ

ОБРАЗОВАНИЕ

ЗЕМЛЕДѢЛIЕ

СКОТОВОДСТВО

САДОВОДСТВО

ФАБРИЧНО-ЗАВОДСКОЕ ДѢЛО

ТОРГОВЛЯ

КРЕДИТНЫЯ УЧРЕЖДЕНIЯ

СѢВЕРСКОЕ ОБЩЕСТВО ВЗИМНОГО КРЕДИТА



КРАТКАЯ ХРОНОЛОГИЯ СОБЫТIЙ, ОТНОСЯЩИХСЯ КЪ СТАНИЦЕ СѢВЕРСКОЙ


1864 г. 29 апрѣля. Выходъ партiи изъ станицы Никольской.

1864 г. 28 мая. Основанiе станицы.

1865 г. Постройка станичнаго правленiя.

1865 г. Постройка молитвеннаго дома.

1869 г. Переселенiе въ станицу «Хребтовцевъ».

1869 г. Открытiе ярмарокъ.

1869 г. Уменьшенiе юрта станицы на 2316 дес.

1871 г. Постройка церкви.

1871 г. Первый выборный Атаманъ.

1876 г. Постройка перваго школьнаго зданiя.

1886 г. Первый перѣделъ юртовой земли.

1886 г. Устройство первой паровой мельницы.

1887 г. Постройка каменнаго хлѣбнаго магазина.

1891 г. Постройка кирпичнаго зданiя станич. правленiя.

1892 г. Открытiе станцiи Сѣверской.

1892 г. 30 ноября. Большой пожаръ въ станицѣ.

1893 г. Полученъ дополнит. надѣлъ въ ст. Абинской.

1896 г. Постройка 2-го зданiя училища.

1897 г. Второй передѣлъ юртовой земли.

1901 г. Расширенiе церкви.

1906 г. Преобразованiе 2-го однокл. Въ 2-хъ кл. училище.

1906 г. Третiй передѣлъ юртовой земли.

1907 г. Открытiе Кредитнаго Товарищества.

1907 г. Полученъ доп. Надѣлъ въ юртѣ ст. Мингрельской.

1909 г. Постройка желѣзнаго моста черезъ рѣку Убинъ-Су.

1909 г. Установленъ новый иконостасъ въ церкви.

1910 г. Открытiе 1-нокласснаго мужскаго училища и постройка       

            зданiя подъ него.

1910 г. Большое наводненiе въ станицѣ.

1911 г. Открытiу въ станицѣ поташнаго завода.

1911 г. Открытiе Сѣверскаго Общества. Вз. Кредита.

1911 г. Прокладка тротуара.

1911 г. Преобразованiе кредитнаго въ Ссудно-сберегательное

            Товарищество.

1912 г. Постройка маслобойнаго завода Дицмана.

1912 г. Четвертый передѣлъ юртовой земли.

1913 г. Постройка зданiя Ссудо-сберегательнаго Т-ва.

1914 г. Празднованiе пятидесятилѣтiя ст. Сѣверской.